Времена перемен

Хроника Генриха Латвийского
(продолжение)


Русичи на земле Балтии
(продолжение)


Латышские дайны
(окончание)

Хроника Генриха Латвийского
Уникальный видеосериал, составленный из лучших, самых интересных и содержательных сюжетов телепрограммы "Klio"...

Подробнее

Хроника Генриха Латвийского
(Продолжение. Начало см. в №1 )

Начало книги четвёртой об Эстонии.

Безуспешные переговоры. Поход рижан против эстонцев

А.М. Васнецов. Двор удельного князя. Возможно так выглядел древний Кокнесе во времена владения князя Вячко. Когда уже вся Ливония и Лэтигаллия были окрещены, старейшины лэттов, Русин (Russinus) из замка Сотеклэ (Имя, по замечанию М. Таубе, русское прилагательное, если и не говорит о русском происхождении, то во всяком случае принадлежит к числу языковых следов русского влияния. Возможно, это прозвище. Замок находился на севере от Талавы, южнее р. Седы), Варидот из Аутинэ (По мнению Биленштейна, это старо-русский Володимерец, область Вольмара, ныне Валмиера, названный так по имени Владимира псковского, который был там судьёй), Талибальд из Беверина (г. Триката), а также Бертольд, брат-рыцарь из Вендена, послали гонцов к эстам в Унгавнию требовать удовлетворения за все понесённые ими обиды (Лишь в 1214 г. талавские латгалы перешли в католичество, а политическое подчинение всей Латгаллии немцам произошло ещё позднее. Однако Генрих явно не принимает в расчёт православного крещения). Ибо летты до принятия христианства были в унижении и презрении, терпели много обид от ливов и эстов; тем более радовались они прибытию священников, считая, что крестившись все пользуются одинаковыми правами и тем же миром. Эсты, не придавая значения словам гонцов, не дали никакого удовлетворения, но вместе с ними направили в Лэтигаллию своих гонцов. Братья-рыцари, уже жившие в то время в Вендене, послали Бертольда, как первого из своих, на суд лэттов с эстами. Со стороны епископа прибыл ещё священник Генрих (автор Хроники) и много лэттов. Стали рассуждать о делах мира и справедливости, но послы эстов выразили презрение к миру с лэттами, возвратить несправедливо отнятое не пожелали и отказали лэттам во всём. Так и разошлись без всякого мира, угрожая друг другу острыми копьями. Между тем пришли из Готландии некоторые купцы и тевтоны. Тут Варидотэ с другими старейшинами лэттов, собравшись, явились в Ригу и стали просить помощи против несправедливости эстов. Рижане, вспомнив и о собственных обидах и о бесчисленном множестве добра, некогда отнятого у их купцов жителями Унгавнии, дали согласие просившим и обещали войско, потому в особенности, что и их послы по поводу того же купеческого добра не раз возвращались униженные и осмеянные жителями Унгавнии, не желавшими отдать несправедливо отнятое. Итак, воззвав к помощи всемогущего Бога и пресвятой богородицы Марии, рижане, вместе с братьями-рыцарями, братом епископа Теодерихом, купцами и другими тевтонами, направились в Торейду, созвали по всей Ливонии и Лэтигаллии большое и сильное войско, шли день и ночь и прибыли в Унгавнию. Грабя деревни и убивая язычников, они мстили огнём и мечом за свои обиды, наконец сошлись у замка Оденпэ, что значит "Голова медведя" (В русских летописях — Медвежья Голова. Ныне это г. Отепяа), и зажгли замок. Затем три дня отдыхали, а на четвёртый пошли обратно в свою землю со скотом, пленными и всей своей добычей. Лэтты вернулись в свою область, укрепили свои замки и храбро готовиться к бою; всё свое они свезли в замки и ждали эстонское войско.

Эстонцы разоряют землю латгалов

Жители Унгавнии, призвав на помощь людей из Саккалы (область, простиравшаяся до р. Седа), внезапно вступили в землю лэттов в местности Трикатуэ; одного лэтта, по имени Вардекэ, сожгли живым, других взяли в плен, причинили лэттам много вреда и, окружив замок Беверин, целый день осаждали бывших там лэттов. Лэтты же, выйдя из замка, смело напали на врагов, пятерых из них убили, захватили их коней и, вернувшись в замок к своему священнику, тогда там бывшему (автор Хроники), вместе с ним все благодарили Бога, зная, что он сражался за них.

Среди них был Робоам, один из храбрейших вообще. Сойдя в середину врагов, он двоих убил, а сам здравый и невредимый вернулся с боковой стороны в замок к своим, благодаря Бога за особенную славу, дарованную ему господом в борьбе с язычниками. Священник их, мало обращая внимания на нападения эстов, взошёл на замковый вал и, пока другие сражались, молился Богу, играя на музыкальном инструменте. Услышав пение и пронзительный звук инструмента (Пабст, указывая, что арфа или цитра были уже известны эстам, полагает, что Генрих играл на трубе), язычники, не слышавшие этого в своей стране, приостановились и, прервав битву, стали спрашивать о причине такой радости. Лэтты отвечали, что они радуются и славят Господа потому, что, приняв недавно крещение, видят, как Бог помогает им. Тут эсты предложили вновь заключить мир, но лэтты сказали: "Вы ещё не вернули товаров, отнятых у тевтонов, и добра, которое часто у нас отнимали, да и не может быть одно сердце, одна душа и общий крепкий мир между христианами и язычниками, пока вы, приняв как и мы, иго христианства и вечного мира, не станете чтить единого бога". Услышав это, эсты пришли в сильное негодование и отступили от замка, а лэтты, идя сзади следом за ними, многих ранили. Они послали ночью к Венно, магистру рыцарства Христова в Венден (Венно обыкновенно жил в Риге. Его заместителем в Вендене был Бертольд), где он был тогда, и просили придти со своими преследовать эстов. Венно созвал всех лэттов по окрестностям, с наступлением утра пришёл в Беверин, но обнаружил, что войско язычников давно ушло, и гнался за ними весь день. В следующую ночь ударил сильный мороз, и так как почти все кони захромали, догнать врагов не удалось. Перебив скот и отпустив пленных, они бежали, не дожидаясь битвы. Так и вернулись обе стороны по домам. Тогда лэтты из Беверина послали ко всем окрестным лэттам просьбу готовиться к походу, чтобы отомстить врагам за своих.

Разорение латгалами Саккалы

Вследствие этого Руссин, храбрейший из лэттов, и Варидотэ со всеми лэттами, какие были в их областях, собрались в большой массе у вышеназванного замка Беверин. Сговорившись о действиях против эстов, приготовились к разорению их страны, вооружились, чем могли, и сделали один дневной переход; затем остановились, построили своё войско и, идя дальше днём и ночью, вступили в область Саккалу. Тут везде по деревням они нашли в домах и мужчин, и женщин с детьми и убивали всех с утра до вечера, и женщин и малых детей; убили триста лучших людей и старейшин области саккальской, не говоря о бесчисленном множестве других, так что наконец от усталости и этой массы убийств у них отнялись руки. Залив все деревни кровью множества язычников, они на следующий день пошли назад, собирая везде по деревням много добычи, уводя с собой много крупного и мелкого скота и массу девушек, которых единственно и щадят войска в тех странах. Возвращаясь, шли медленно, многими днями делали по дороге остановки, ожидая, что оставшиеся эсты могут ударить на них с тыла. Но эсты, потеряв столько убитыми, и не думали догонять лэттов, много дней в печали собирали трупы убитых лэттами и сжигали их в огне, справляя похороны по своему обычаю с плачем и пирами. Лэтты остановились у озера Астигервэ (оз. Буртниеку), разделили между собой всю добычу и радостно возвратились в Беверин. Найдя там Бертольда, брата-рыцаря, а также своего собственного священника с некоторыми рыцарями и балистариями епископа, принесли им дары со всего, что захватили.

Было это в воскресенье (дек. 18), когда поют "Радуйтесь", и все единодушно с радостью благословляли Бога за то, что руками новообращённых Господь послал такое возмездие на прочие языческие народы. Руссин же, вернувшись в замок Беверин, отверз уста свои и сказал так: "Дети детей моих будут рассказывать своим детям в третьем и четвёртом поколении о том, что сделано Руссином при истреблении жителей Саккалы".

Узнав об этом, Германн, судья ливов, весьма негодовал на лэттов за то, что они вновь и вновь начинают войны с эстами, послал созвать всех старейшин ливов и лэттов и обсудил дело с ними и с тевтонами. Так как тевтонское население в стране было ещё малочисленно и редко, решено было всеми вести с эстами переговоры о мире до прибытия господина епископа, который был в Тевтонии для набора пилигримов к следующему году. Это решение понравилось и эстам. Они согласились на мир, так как после истребления лучших своих людей стали очень бояться лэттов. Хотя споры ещё не кончились, заключено было нечто вроде перемирия сроком на один год.

Одиннадцатый год епископства Альберта

На одиннадцатый год своего посвящения вернулся епископ Альберт из Тевтонии в сопутствии большого числа пилигримов (шестой приезд епископа). Среди них были: Рудольф из Иерихо (к востоку от Эльбы, недалеко от Тангермюндэ), Вольтер из Гамерслевэ (Гамерслебен к северу от Гальберштадта) и множество других знатных людей, рыцарей, клириков и много всякого народа; все они, не побоявшись опасностей морского плавания, прибыли в Ливонию.

Посоветовавшись с ними, епископ созвал всех давно обращённых ливов и лэттов и напомнил им о злодействе, совершённом в прошлом году против него и его людей королём Вячко (Vesceka): рыцарей и дружину епископа, которые по просьбе короля с большими издержками были посланы в помощь ему против литовцев, он умертвил с безмерным коварством.

Занятие рижанами Кокнесе

После этого епископ со всеми пилигримами и своим войском отправился в Кукенойс и, найдя самую гору покинутой, но, по нечистоплотности прежних жителей, кишащей червями и змеями, велел и поручил очистить её наново и укрепить прочным валом. Он построил там весьма крепкий замок, оставил в нём для охраны рыцарей и балистариев со своей дружиной и, затратив большие средства, велел самым тщательным образом беречься, чтобы не быть снова обманутыми какой-нибудь хитростью литовцев или лживым коварством русских. Вышеупомянутому Рудольфу из Иерихо он уступил половину замка, а братьям рыцарям — их третью часть (Передавая половину замка Рудольфу, епископ всё же имел перевес над меченосцами, так как тот являлся его вассалом). Оставив их там и обо всём распорядившись, епископ вернулся в Ригу. Лэтты, которые между тем ходили двумя отрядами в Литву, кое-кого убили, кое-кого взяли в плен, вернулись к нашим в Кукенойс и вместе с епископом и его людьми возвратились домой (Археологические исследования Кокнесе показали, что это многослойный исторический памятник с толщиной культурного слоя 4-7 м. Люди поселились здесь ещё в середине I тысячелетия н.э. Городище-замок занимало площадь 2000 кв. м. Оно было обнесено валом с мощными деревянными стенами. Найдены следы ворот. Площадка поселения была плотно застроена жилыми и хозяйственными постройками. Были обнаружены остатки православной церкви XII в. Она стояла на тщательно сложенном на известковом растворе каменном фундаменте. Открыты настил пола из доломитового камня и каменные ступени, устроенные при входе. К этому периоду относится возникновение предградья. Здесь раскопками открыты многочисленные срубные жилища. В вещевом инвентаре и домостроительстве Кокнесе больше, чем где-либо в Латгалии проявляется влияние древнерусской культуры. К изделиям из Руси относятся стеклянные бусы, браслеты, перстни и др. Найдена свинцовая печать св. Георгия и Софии с греческой надписью. Преобладает гончарная керамика древнерусского облика [98%]. Анализ говорит, что тесные связи Кокнесе с Полоцком развились уже в XI в. Постепенно поселение становится городом. Судя по находке массивного деревянного предмета с выемкой и ручкой, имеющего аналогии среди приспособлений для натягивания паромного каната, там действовала паромная переправа через Даугаву. Материалы раскопок показывают, что в Кокнесе бок о бок жили латгалы, селы и славянское население. Во главе города и княжества стоял сын полоцкого князя Владимира Вячко [Ветсеке]. После конфликта с крестоносцами он сжёг свой деревянный замок Кокнесе и в 1208 году вместе с русской дружиной ушёл на Русь. Он погиб под Юрьевом [г.Тарту] в 1224 г. В 1209 г. началось строительство Орденом каменного замка. Нынешние развалины относятся к последнему периоду его истории — 1209-1701 гг.)

Убийство магистра Венно

Был в то время в числе братьев-рыцарей некто Викберт (По Рифмованной Хронике Ливонии, магистр Венно снял с должности, за негодностью, местного начальника над венденскими латгалами, уроженца Зёста в Вестфалии. Это и был Викберт). Его сердце более склонно было к любви мира сего, чем к монашеской дисциплине, и среди братьев он сеял много раздоров. Чуждаясь общения святой жизни и презирая рыцарство Христово, он пришёл к священнику в Идумее и сказал, что хочет подождать там прибытия епископа и готов всецело епископу повиноваться. Братья же рыцари — Бертольд из Вендена с некоторыми другими братьями и слугами преследовали его, как беглеца, взяли в Идумее, отвели в Венден и бросили в тюрьму. Когда тот услышал о прибытии епископа, он стал просить освободить его и позволить вернуться в Ригу, обещая повиноваться епископу и братьям. Братья обрадовались и, надеясь, что после вражды и неприятностей вновь, как блудного сына, обретут своего брата, с честью отпустили его в Ригу и восстановили в общественных правах. Он, однако, лишь недолго оставался в среде братьев, подобно Иуде или волку среди овец, едва скрывая лживость своего раскаяния и выжидая удобного дня, чтобы насытить злобу своего сердца. В один праздничный день, когда прочие братья с другими людьми пошли в монастырь, он, между тем, пригласив к себе магистра рыцарей и священника их Иоанна, под предлогом сообщения им своей тайны, наверху в своём доме нанёс вдруг секирой удар в голову магистру и тут же вместе с ним обезглавил и умертвил священника. Об этом стало известно другим братьям; они настигли его в капелле, схватили и, осудив гражданским судом, по заслугам предали жестокой смерти (Викберт был колесован. Вся эта история полна неясностей, и Генрих не даёт нам на них ответа, многое оставляя в тени. Очевидно, лишь наличие разлада в среде меченосцев и наличие тенденций, противопоставляющих епископа меченосцам и магистру). Похоронив с великим горем своего верного и благочестивого магистра Венно со священником, поставили на его место не менее благочестивого, ласкового и полного всяких достоинств Волквина. С тех пор он предводительствовал и правил войском во всех походах, с радостью бился в битвах господних (ср. Библия, 1 кн. Маккав., 3, 2; 1 кн. Царств, 25, 28) и не раз ходил к окрестным язычникам. И помогали ему все братья его, а помощь и победа Господа всегда были с ними (Новый магистр отличался меньшей осторожностью в действиях по отношению к епископу. Открытая борьба приняла более острые формы).

Со смертью в том же году Эггельберта, настоятеля церкви святой Марии, епископ взял из Схедской обители (в графстве Марк, недалеко от Унны) Иоанна, человека кроткого, сдержанного и осмотрительного во всех своих действиях, поставил его на место брата своего, достопочтенного настоятеля, и поручил его управлению церковь святой Марии. Так как этот Иоанн, принадлежа к уставу и ордену св. Августина, носил белую одежду, справедливо обозначающую чистоту, то епископ утвердил для всех эту одежду, заменив чёрные платья и капюшоны каноников той же церкви белыми. Так как ещё не исчезла и внутри и вне города боязнь язычников, эта обитель помещалась в пределах первого города, в церкви, первоначально построенной; после пожара этой церкви и города стали строить церковь св. Марии у Двины вне городских стен и там поселились (ныне это Домский собор).

Пилигримы же этого года готовы были послушно участвовать в работах по надстройке стены и в других, где могли служить Богу (очевидно, не всегда пилигримы бывали так послушны и работоспособны).

(Продолжение)

Перевод С.А. Аннинского
Академия Наук СССР, 1938 г.

1x10.gif (44 bytes)
О нас
Проект "Klio" существует с осени 1993 года, когда 27 сентября на латвийском телеканале KS-video вышел в эфир первый выпуск нашей программы...

Подробнее


Адрес редакции:
Латвия, LV-1010, г. Рига, а/к № 781

Е-mail: kum@inbox.lv

Моб. тел.: 9607043

Ранние выпуски журнала "Klio" можно приобрести по адресу:
г. Рига, ул. Сколас, 30 (Стабу, 4), магазин Avico, тел. 7-271540!

Предлагаем вашему вниманию цикл историко-образовательных экскурсий по Риге...

Подробнее