Русичи на земле Балтии
(продолжение)


Ёлка в феврале

Нацизм. Путь к войне
(окончание)


Хроника Генриха Латвийского
(продолжение)


"Позор рода Липхартов"

Латышские дайны
(продолжение)


Русские в Европейском Союзе
Софья Палеолог и время
Уникальный видеосериал, составленный из лучших, самых интересных и содержательных сюжетов телепрограммы "Klio"...

Подробнее

"Позор рода Липхартов"

...apxивы poя,
Я paзoбpaл в дocyжий чac
Bcю poдocлoвнyю гepoя...

A. C. Пyшкин.


И.А. Загряжский Умирая, Александр Сергеевич Пушкин сказал жене: "Носи по мне траур два года, а потом выходи замуж, но за порядочного человека".

Долгих семь лет вдовствовала Наталья Николаевна, пока не встретила достойного человека. Она отвергла несколько блестящих предложений и в 1844 году вышла замуж за генерал-майора, командира лейб-гвардии Конного полка Петра Петровича Ланского, который всего на три месяца был старше Александра Сергеевича Пушкина. Он принял в свою семью четверых детей Натальи Николаевны и до конца своих дней заботился о них, как о своих собственных.

Н.И. Гончарова В 1849 году Петр Петрович Ланской находился в Риге. Генерал часто писал Наталье Николаевне письма, в которых рассказывал о своей жизни и встречах с интересными людьми. Сохранилось множество писем, написанных Натальей Николаевной Ланской мужу в Ригу, которые хранятся в Пушкинском доме в С.-Петербурге, но нет возможности получить с них копии и провести тщательный анализ. Единственной доступной информацией послужил опубликованный в книге И. Ободовской и М. Дементьева "Наталья Николаевна Пушкина" отрывок из письма Натальи Николаевны Петру Петровичу Ланскому в Ригу от 29 июня 1849 года. Он явился единственной отправной точкой для выяснения родственных связей Натальи Николаевны Пушкиной-Ланской со стороны ее бабушки Ефросинии баронессы Поссе, урожденной фон Липхард (Europhrosine Ulrika von Liphart).

Н.Н. Пушкина (1812 - 1863) Наталья Николаевна пишет: "В своем письме ты говоришь о некоем Любхарде, и не подозревая, что это мой дядя. Его отец должен был быть братом моей бабки — баронессы Поссе, урожденной Любхард. Если встретишь где-либо по дороге фамилию Левис, напиши мне об этом, потому что это отпрыски сестры моей матери. В общем, ты и шагу не можешь сделать в Лифляндии, не встретив моих благородных родичей, которые не хотят нас признавать из-за бесчестья, какое им принесла моя бедная бабушка. Я все же хотела бы знать, жива ли тетушка Жаннет Левис, я знаю, что у нее была большая семья. Может быть, случай представит тебе возможность с ними познакомиться".

Возникает интересный вопрос: откуда могла узнать Наталья Николаевна о своей тете Иоганне баронессе Поссе, о том, что она вышла замуж за генерала Левиза, о ее домашнем имени "Жаннет" и большой семье, о многочисленных лифляндских родственниках?

Когда в Яропольце умерла "бедная бабушка" Натальи Николаевны, матери ее, Наталье Ивановне, было только шесть лет, а "тетушке Жаннет" — двенадцать. Известно, что фон Липхарты никогда не имели никаких связей с Загряжскими. Баронесса Ефросиния Поссе могла рассказать своей маленькой дочурке Наташе и доброму другу, окружившему ее материнской лаской, жене Загряжского, Алексеевой только о том, что у нее есть дочка Жаннет, которая старше маленькой Наташи на шесть лет. Она могла рассказывать о своей жизни в богатом отцовском поместье, о истории семьи Липхарт, о своих семи сестрах и брате, разлуку с которыми горько переживала. Она была, как цветок, вырванный из родной земли и брошенный на чужбине. Она могла также рассказать о своем первом замужестве с бароном Поссе. Но бедная Ефросиния Ульрика не могла знать, что ее дочь Иоганна станет женой генерала Ловиз оф Менара и будет иметь многочисленное потомство.

Анализ родственных связей и знакомств Натальи Николаевны Пушкиной указывает на единственный источник знаний Натальи Николаевны о многочисленных лифляндских "благородныx родичах" — княгиню Шарлотту Борисовну Мещерскую, жену Василия Ивановича Мещерского.

Профессор Тартуского университета Сергей Исаков в критической статье "Книга полезная, но с изъянами..." о "Эстонской Пушкиниане" пишет: <Между тем выявление родственных связей применительно к людям ХVIII — первой половины ХIХ века очень важно: люди той поры хорошо знали все свои родственные связи, причем знали не только своих предков, но и отдаленных родственников, так сказать, по боковым линиям. Эти связи учитывались в повседневной жизни, более того — они играли в ней важную роль: обеспечивали карьеру, продвижение по службе, взаимную поддержку, информированность о происходящем в обществе и государстве (устные источники информации были в ту пору несравнимо важнее печатных, аудиовизуальных же и вовсе не было)."

Велика вероятность, что Шарлотта Фитингоф была хорошо знакома с историей "бедной бабушки", Ефросинии Ульрики Поссе, которая принесла бесчестье всем своим "благородным родичам".

В своих воспоминаниях Александра Петровна Арапова, дочь Натальи Николаевны и Петра Петровича Ланских, пишет о истории <бедной бабушки" Натальи Николаевны: "... любопытнее всего было рождение и детство самой Натальи Ивановны (мать Натальи Николаевны — авт.). Отец ее, молодой, блестящий гвардеец, служил в Петербурге и среди распущенного общества не раз выделялся своими необузданными выходками... Тем временем затянулась война, и полк Загряжского был двинут к прусской границе. Не знаю, по какой причине, но его отряду выпала продолжительная стоянка в Дерпте. Лифляндские бароны радушно чествовали русских офицеров; балы и обеды чередовались в окрестных замках, и на одном из этих пиров, у самого влиятельного, гордого и богатого из феодалов, барона Липгардта, Загряжский впервые увидел его красавицу-дочь, слывшую самой завидной невестой всего края. Влюбиться с места до безумия было свойством натуры женатого повесы... Когда он убедился в вызванной взаимности, то без малейшего стеснения официально обратился к Липгардт, сватаясь к его дочери. Отказ последовал в вежливой, но бесповоротной форме... когда вскоре мир был подписан, и полк должен был выступить обратно в Петербург, молодая баронесса не устояла перед тяжестью вечной разлуки и сдалась его мольбам. Она бежала из отцовского дома и подкупленным священником была обвенчана в скромной русской церкви со своим избранником, хорошо зная, что ни один лютеранский пастор не решился бы своим благословением навлечь на себя мстительный гнев всесильного, оскорбленного барона.

Покинув навсегда Дерпт после рокового шага, новобрачная написала отцу, умоляя его о прощении, описывала всю силу их обоюдной любви и терзания, причиненные ей его непреклонным решением. Барон остался верен себе. Он даже не ответил, а через приближенного уведомил, что баронесса Липгардт умерла для него и всей его родни, и потому дальнейшие извещения об опозоренной авантюристке будут вполне излишни... Вскоре по прибытии в Петербург он (Загряжский — авт.) сообразил всю безвыходность своего положения. Ввести в круг своих знакомых вторую жену при жизни первой вызвало бы негодование Строгановых, и при их влиянии и богатстве ему не сдобровать. Открыть карты и выдать обманутую жертву за привезенную любовницу? Но он тоже хорошо знал, что ему не укрыться от мести возмущенной немецкой знати, всегда сплоченной в защиту кастовых интересов, и, несмотря на всю его изворотливость, способной подвести его под строжайшую кару. Необходимо было схоронить концы в воду...

В обширных сенях яропольцевского дома произошла встреча так жестоко оскорбленных женщин. С легким сердцем и насмешливой улыбкой на устах произвел Загряжский еще невиданный coup de theatre, представив обманутую жену законной супруге... пожалуй, лучшего исхода для несчастной жертвы его сладострастия нельзя было найти... К таким то светлым личностям принадлежала первая жена Загряжского... Почти вдвое старше обманутой женщины, так беспощадно заброшенной, она окружила ее материнской лаской, и только благодаря ее постоянному уходу она могла выдержать тяжелую болезнь, вызванную роковым ударом, и через несколько месяцев по приезде на ее же руках родить дочь, названную Натальей."

Арапова излагает семейное предание. Анализ документов рисует следующую картину.

Ефросиния Ульрика Липхарт родилась 20 февраля 1761 года. Семнадцати лет она вышла замуж за барона Морица Поссе из Войдома (ныне Вана-Выду, Эстония). Венчание состоялось в Дерпте 10 мая 1778 года. Первенец родился 10 декабря 1778 года. Сына назвали в честь деда Карлом Густавом. Младенец прожил только три дня и, к великому огорчению родителей, скончался 13 декабря.

30 сентября 1779 года у молодой баронессы Поссе родилась дочь, которую назвали Иоганна Вильгельмина (Johanna Wilhelmina), будущая "тетушка Жаннет".

28 января 1782 года состоялся развод Ефросинии Ульрики с бароном Морицем Поссе. Малышке Иоганне Вильгельмине в это время было два года. Ефросиния Ульрика бежала с молодым блестящим гусаром Загряжским, оставив маленькую дочь на руках престарелого отца. Это был страшный удар для "благородного барона", позор для всего клана Липхартов.

Обратимся к линии Загряжского. Иван Александрович Загряжский был полковником Каргопольского гусарского полка. С 1781 года полк три года стоял в Тамбовской губернии. В 1784 году полк был выведен на Кавказ. Осенью 1785 года Загряжский приехал в отпуск в Тамбовскую губернию, где у него было имение — село Кариан, расположенное на реке Цна недалеко от Тамбова.

В 1785 году Иван Загряжский привез Ефросинию Ульрику, которая была в положении, в поместье Ярополец, находящееся недалеко от Москвы. 22 октября 1785 года у Ефросинии родилась дочь, которую назвали Натальей. Это была Наталья Ивановна Загряжская, в замужестве Гончарова, мать Натальи Николаевны Пушкиной.

Сопоставление дат позволяет построить следующую версию.

Летом 1781 года Каргопольский полк уходил из Дерпта. Молодая баронесса не устояла перед мольбами и бежала с красавцем — гусаром. Развод Ефросинии и Морица Поссе был в январе 1782 года, уже после побега молодой жены. Маленькую дочку Ефросинии забрал себе дедушка Карл Липхарт.

В это время Ефросиния была привезена Загряжским в тамбовское имение. На губернских балах он блистал с красавицей-баронессой, выдавая ее за свою жену. В 1784 году полк был переведен на Кавказ, необходимо было что-то делать. Вести Ефросинию Ульрику в Петербург было опасно, дело могло получить огласку и закончиться большими неприятностями.

В Петербурге жили двоюродные сестры Ефросинии Липхарт: Елисавета Ивановна Штакельберг, фрейлина императрицы Екатерины Великой, супруга президента академии наук, генерала — поручика, действительного камергера, графа Владимира Григорьевича Орлова. Она была кавалерственной дамой ордена Св. Екатерины.

Екатерина Ивановна Штакельберг, фрейлина императрицы, кавалерственная дама ордена Св. Екатерины. Она была супругой графа Павла Андреевича Тизенгаузена, тайного советника, гофмаршала, действительного камергера.

Их младшая сестра Елена Ивановна Штакельберг в замужестве княгиня Оболенская.

Сестры Штакельберг обладали громадным влиянием при дворе. Иван Загряжский не без основания боялся, как бы чего не вышло. Он нашел простое решение: отвез Ефросинию Липхарт в Ярополец и оставил на попечение своей жены. Больше он не встречался с бедной баронессой.

19 июня 1746 года в кафедральном соборе города Риги происходило венчание Карла фон Липхарта (Karl von Liphart) и Маргареты фон Фитингоф (Margaretha von Vietinghoff), родителей Ефросинии Лихарт, бабушки Натальи Николаевны. Невеста была одногодкой своему жениху.

Матери жениха и невесты были двоюродными сестрами. У них был общий предок — влиятельный гражданин города Риги Пауль Хелмес ( родился в г. Риге 25.05.1603 — умер в г. Риге 17.08.1657). 1 августа 1643 года он был возведет в дворянское достоинство, и с 31 мая 1651 года стал именоваться фон Хельмерсеном.

По линии Липхартов в дворянское достоинство с нисходящим потомством был возведен 16 марта 1688 года прадед Ефросинии Ульрики полковник шведской службы Иоганн Фридрих (1655 — 1723).

Его дед, Александр Липхарт, считается родоначальником рода Липхартов. Он был гражданином города Ревеля с 1600 года. По профессии Александр Липхарт был шорником. В 1615 году, как уважаемый и достойный муж, он был избран старшиной Канутской гильдии, которая объединяла ремесленников. Наиболее сложные и ценные ремесла в основном представляли немецкие мастера.

Однажды в сад Александра Липхарта залезли две свиньи и хорошо похозяйничали там. Возмущенный хозяин поймал свиней и зарезал их. Одну свинью добрый и богобоязненный шорник отослал в богадельню, вторую свинью отдал на свою кухню.

Если бы Липхарт знал, к чему приведет эта история, он бы и смотреть не стал в сторону этих свиней!

Скоро объявился хозяин хрюшек. Им оказался один дворянин. Шорник тут же уплатил ему убытки. Но разгорелся жуткий скандал! Большая гильдия объявила Липхарта бесчестной личностью и отказалась иметь с ним дело. Ремесленники так не считали и избрали его старшиной Канутской гильдии. Магистрат попытался заступиться за Липхарта, но купцы запретили "отверженному шорнику" даже переступать порог Большой гильдии. И это несмотря на то, что в качестве старшины Канутской гильдии он имел право вместе с бургомистром и ратманами участвовать во всех купеческих празднествах.

22-го января 1626 года в Ревель прибыл Его Королевское Величество, король Швеции и герцог Эстляндский, Густав II Адольф. К этому времени с момента безвременной гибели свиней из дворянского свинарника прошло уже 25 лет, но Большая гильдия оставалась непреклонной к поступку Александра Липхарта.

Посвященный в обстоятельства этого дела, король выразил неудовольствие отвержением шорника: он-де слышал, что купцы не пускают старшину Канутской гильдии в свой гильдийский дом, "xотя почтенный магистрат признал того своим решением человеком честным".

Старшина Большой гильдии Карл Мойселер свидетельствует: <Мы дозволили Александру по-прежнему исправлять свою должность и не воспротивились решению магистрата, но он поступил противно нашему уставу и поэтому мы в своей гильдии терпеть его не можем". Король возражал: дело, в котором его обвиняют, вовсе не так велико. Должно быть очень сурово то правило, по которому человека из-за такого пустяка признают даже бесчестным".

Король назначил комиссаров, которые и должны были разобраться в делах свободной торговли и старшины Канутской гильдии.

27-го февраля король отбыл в Нарву, чтобы оттуда отправиться в Швецию. Через три месяца комиссары должны были собраться в Ревеле для нового обсуждения спорных вопросов. Не желая столько ждать, магистрат, Большая гильдия, Канутская гильдия и Олайская гильдия отрядили депутации вдогонку королю в Нарву.

В Нарве король проявил расположение к ремесленникам Канутской и Олайской гильдии. 3 марта он утвердил регламент ремесленников для Ревеля и Эстляндского герцогства. Так закончилась эта история.

Потомки "отверженного шорника", которого купцы Большой гильдии считали недостойным присутствовать на своих торжествах, стали богатейшими и уважаемыми людьми. Карл Готтхард Липхарт в 1833 году был избран губернским предводителем дворянства. Многие из Липхартов были ландратами и вершили судьбы Лифляндского края.

Марат Гайнуллин

1x10.gif (44 bytes)
О нас
Проект "Klio" существует с осени 1993 года, когда 27 сентября на латвийском телеканале KS-video вышел в эфир первый выпуск нашей программы...

Подробнее


Адрес редакции:
Латвия, LV-1010, г. Рига, а/к № 781

Е-mail: kum@inbox.lv

Моб. тел.: 9607043

Ранние выпуски журнала "Klio" можно приобрести по адресу:
г. Рига, ул. Сколас, 30 (Стабу, 4), магазин Avico, тел. 7-271540!

Предлагаем вашему вниманию цикл историко-образовательных экскурсий по Риге...

Подробнее