Рижские миниатюры

Первая Северная война

Забытый отряд

Хроника Генриха Латвийского

Тайна тамплиеров

Мертвая петля над Золитуде

Святой Христофор
О бедном учителе замолвите слово...
Уникальный видеосериал, составленный из лучших, самых интересных и содержательных сюжетов телепрограммы "Klio"...

Подробнее

Забытый отряд

Памятник на Луцавсале. Долгое время на самом краю острова Люцаусгольм (ныне называемый Луцавсала), у мызы Люцау, среди небольшой группы деревьев, между которых высились громадные вековые липы, сохранялись остатки фундамента ветряной мельницы, сложенного на довольно заметной насыпи или кургане. Посреди этих развалин был воткнут небольшой шест с табличкой и надписью по-немецки. Местные жители хранили предание, что это могила русских солдат, погибших в годы Северной войны. В1891 году здесь был установлен гранитный памятник. В 2001 г. исполнилось ровно 300 лет героическому эпизоду нашей истории, о котором сегодня мало кто помнит.

Шведская пехота. В феврале 1700 г. шеститысячный саксонский корпус, пользуясь содействием курляндского герцога, неожиданно появился у Риги, без труда овладел Кобершанцем (Кобронсканстс), а вслед за тем и Динаминде (Даугавгривской крепостью). Располагая незначительными силами, саксонцы не рискнули атаковать Ригу и в ожидании подкреплений заняли позиции у Юнгфернгофа (Мазъюмправы) и близ Икшкиле. Когда же получено было известие о приближении шведов, спешивших из разных мест Лифляндии на помощь Риге, саксонцы в мае того же года оставили все свои укрепления и сломав за собой мост, отступили за Двину. 5 июля прибыл под Ригу сам Август II вместе с Паткулем, отбросил подошедшие шведские войска, и стал с главными силами на правом берегу реки. Уже начато было бомбардирование города, как известие о том, что Карл XII неожиданным вторжением в Данию заставил датского короля согласиться на мир, побудило Августа бросить осаду, перевести войска на левый берег и оставить их там под начальством фельдмаршала Штейнау и курляндского герцога Ферданда-Казимира.

Русские солдаты в 1701 г. Между тем Петр I, покончив дела с турками, приступил к заранее условленному союзу против Швеции и осенью 1700 г. двинул свои войска под Нарву. Нарвская катастрофа едва не расстроила всего союза и потому царь употребил все старания, чтобы склонить польского короля продолжать войну. В мае 1701 года, князь Аникита Иванович Репнин выступил из Пскова, ведя под Ригу в помощь саксонцам, 18 солдатских и 1 стрелецкий пехотные полки. Через полтора месяца, он соединился с войсками Штейнау под Кокенгузеном (Кокнесе). О прибывших полках фельдмаршал дал любопытный отзыв: «Сюда прибыли русские войска, числом около 20.000. Люди вообще хороши, не больше 50 человек придется забраковать; у них хорошие мастрихтские и люттихские ружья, у некоторых полков шпаги вместо штыков. Они идут так хорошо, что нет на них ни одной жалобы, работают прилежно и скоро, безпрекословно исполняют все приказания. Особенно похвально то, что при целом войске нет ни одной женщины и ни одной собаки; в военном совете московский генерал сильно жаловался просил, чтобы женам саксонских мушкатеров запрещено было утром и вечером ходить в русский лагерь и продавать водку, потому что через это его люди приучаются к пьянству и разного рода дебоширству. Генерал Репнин человек лет сорока; в войне он не много смыслит, но он очень любит учиться и очень почтителен: полковники все немцы, старые, неспособные люди и остальные офицеры люди малоопытные».

Главные силы корпуса Репнина остались у Кокнесе, а под Ригу отправлены были 4000 чел. под общим начальством Томаса Юнгара (полки Трейдена, Риддора и стрельцы Юрия Вестова). Прибытие русских было как нельзя более кстати: на выручку Риги шел от Дерпта (Тарту) сам шведский король. В то время он имел под ружьем более 30.000 чел. и 17 июня, в день своего рождения, с большей половиной армии он выступил через Вольмар (Валмиера) и Венден (Цесис). На случай попытки шведов перейти Двину у самой Риги, Штейнау распорядился занять под городом лежащие у левого берега острова, причем один отряд русских был помещен на острове Луцавсала в укреплении, которое за год перед этим возведено было самими шведами. Этому то отряду, численностью немногим более 400 человек, и суждено было со славою пасть на своем посту. Шведская армия прибыла к Риге 7-го июля. Незадолго перед этим Штейнау, беспокоясь за Кокнесе, отбыл туда, оставив во главе армии герцога курляндского и Паткуля. Полагаясь на превосходство своих сил (25.000 против 14.000) и на выгоды занимаемой позиции, они не приняли должных мер на случай переправы шведов. Паткулюдаже приписывали намерение не препятствовать переправе, в расчете на легкую победу. Между тем, лучшая пехота Европы готовилась к сражению. Под защитой крепостных орудий, рижский комендант Дальберг собрал множество шлюпок и разного рода судов для перевозки войск. Чтобы переправлять пушки и кавалерию, снарядили особо приспособленные к этому паромы с опускными бортами. На многих лодках в передней части укреплены были толстые связки пеньки для защиты солдат от выстрелов. Другие суда были нагружены подмоченным сеном Предполагалось пустить их вперед и зажечь для того, чтобы густой дым мог скрыть от неприятеля переправу.

Несмотря на то, что все обещало успех, осторожные шведские генералы были против высадки: им казалось слишком рискованным переправляться через широкую реку в виду многочисленного и сильно укрепившегося неприятеля.

Французский посланник граф Гискар представлял королю всю опасность подобного предприятия и сказал между прочим: «саксонцы ведь не русские». Карл отвечал по латыни: «et si fuissent galli» (да хоть бы и французы!).

9 июля 1701 г., в 4 часа утра, из Пиленгофа (за нынешним парком Праздника песни), шведы начали переправу. Все мачты судов, стоявших в гавани, все крепостные валы города покрыты были массами зрителей, перед глазами которых скоро открылось невиданное зрелище: в короткое время вся река покрылась шлюпками, паромами и лодками, а впереди плыли барки с сеном; лишь только зажгли их, как по реке разостлался густой дым, облака которого, благодаря ветру, дувшему с правой стороны реки, потянуло прямо в лицо неприятелю. Пользуясь тем, что саксонцы не вдруг могли сообразить, что происходит на реке, шведы доплыли уже до середины. Только тогда заговорили саксонские пушки, на выстрелы которых тотчас же отвечали с батарей, устроенных на паромах. Через три четверти часа последовала первая высадка шведского отряда в 7.000 чел. пехоты и 600 чел. кавалерии у Кремерсгофа (где теперь цементный завод). Паткуль счел эту минуту удобною для нападения и двинул свои войска в атаку, но шведы успли уже выстроиться в боевой порядок и отразили саксонцев вместе с русскими, которые принуждены были к отступлению. В эту решительную минуту прибыл сам Штейнау; ему удалось восстановить порядок между отступившими войсками и он снова повел их в бой. Но все усилия были напрасны, в происшедшей тут рукопашной схватке был ошеломлен ударом приклада в голову герцог курляндский, которого падение произвело замешательство в коннице и саксонцы снова подались назад. Между тем с противоположного берега прибывали все новые и новые полки шведов. Штейнау и Паткуль в третий раз повели своих в атаку, бой снова закипел с ожесточением, но шведы везде брали верх и начавшаяся в 5 ч. утра битва, к 7 часам была уже кончена. Саксонцы оставили поле сражения.

При отступлении они подложили порох под Кобершанец, который и взлетел на воздух в виду шведов. Потери Карла были значительны, а утомление конницы так велико, что о преследовании разбитого неприятеля никто и не думал.

На острове Луцавсала оставался еще русский отряд в 400 человек. Можно предположить, что про этих ребят в горячке боя и последующего бегства большие начальники просто забыли. Так, или иначе, но пост свой они не покинули. Об участи этой горсти русских нет никаких известий ни в наших печатных источниках, ни в сочинениях историков, писавших о времени Петра. Зато иностранные источники сохранили некоторые подробности, которые мы здесь и приведем.

Фриксел в своей книге «Жизнь Карла XII» говорит, что «9-го июля после поражения саксонцев король отрядил полковника Гельмерсена с 500 человек потребовать сдачи от 400 русских, окопавшихся на небольшом острове Двины; но эти 400 и слышать не хотели ни о какой капитуляции и защищались все до последнего человека. Все они погибли, но погибли с честью, как подобает храбрым. При схватке с ними пало много шведов, в числе их сам Гельмерсен». Более обстоятельный рассказ находим в «Ливонской Истории» Кельха, который нападение на русский отряд относит к ночи, следовавшей за сражением 9 июля. «Уже за несколько дней перед этим, губернатор Дальберг отрядил полковников Гельмерса и Врангеля, каждого с 300 человек из полков, составивших рижский гарнизон, произвести диверсию против русских, стоявших у Даленгольма; им же было поручено при возвращении оттуда истребить несколько сот русских, засевших на острове Люцаусгольме, так как нашли справедливым не давать этим русским никакой пощады... Упомянутые офицеры решились ночью с 9 на 10 июля исполнить приказание и в самую полночь атаковали засевших в укреплении 300 и более русских, но встретили отчаянное сопротивление... Раздавшиеся за тем выстрелы и крики подняли на ноги весь шведский лагерь, так как многие не могли объяснить себе причину тревоги; сам король, заключивший по страшной пальбе, что происходит жестокая схватка, с некоторыми из своих генералов и с отрядом кавалерии поспешил на место боя. Он подоспел уже тогда, когда все было кончено, когда державшиеся в окопах были истреблены и тела убитых образовали такую груду, что негде было поставить ноги на землю. Оставшиеся в живых бросались в воду и там тонули, других находили в кустарнике и там убивали, забравшихся на деревья расстреливали «как птиц».

Только двадцать человек продолжали держаться в небольшом редуте: их спасло появление короля, который велел пощадить их жизнь и взять в плен, к большому неудовольствию офицеров и рядовых, разъяренных потерями, которые они понесли при приступе. Полковник Гельмерс, многие офицеры и более 100 мушкетеров были убиты, а майор Лиленштерн и несколько других офицеров и рядовых тяжело ранены».

Годы спустя, на месте увековеченном геройским самоотвержением горсти русских воинов, которые решились лучше умереть, чем сдаться, сооружен был памятник. С недавних пор, 10 июля у его подножия ежегодно служится панихида.
О. Милевский, И. Гусев

1x10.gif (44 bytes)
О нас
Проект "Klio" существует с осени 1993 года, когда 27 сентября на латвийском телеканале KS-video вышел в эфир первый выпуск нашей программы...

Подробнее


Адрес редакции:
Латвия, LV-1010, г. Рига, а/к № 781

Е-mail: kum@inbox.lv

Моб. тел.: 9607043

Ранние выпуски журнала "Klio" можно приобрести по адресу:
г. Рига, ул. Сколас, 30 (Стабу, 4), магазин Avico, тел. 7-271540!

Предлагаем вашему вниманию цикл историко-образовательных экскурсий по Риге...

Подробнее