Русичи на земле Балтии
(продолжение)


Как в Риге образовывали реки
и срывали горы


Потерянное княжество

Хроника Генриха Латвийского
(продолжение)


Нагая красавица

Латгалы — забытый народ

Забытый напиток русских рижан
Тайна тамплиеров
Уникальный видеосериал, составленный из лучших, самых интересных и содержательных сюжетов телепрограммы "Klio"...

Подробнее

Хроника Генриха Латвийского
(Продолжение. Начало см. в №1 )

Поход рижан на Ерсику

Древняя Ерсика. Так как близились осенние дни, епископ, неизменно озабоченный развитием и защитой ливонской церкви, собрал на совет разумнейших из своих и внимательно обсудил с ними, каким образом избавить молодую церковь от козней литовцев и русских. Вспомнив всё зло, причинённое королём Герцикэ, вместе с литовцами, городу Риге, ливам и лэттам, решили идти войной против врагов рода христианского. Ибо король Всеволод (Vissewalde) из Герцикэ всегда был врагом христианского рода, а более всего латинян. Он был женат на дочери одного из наиболее могущественных литовцев (тестем его был Даугерутэ) и, будучи как зять его для них почти своим, связанный с ними сверх того и дружбой, часто предводительствовал их войсками, облегчал им переправу через Двину и снабжал их съестными припасами, шли ли они на Руссию, Ливонию или Эстонию. Власть литовская до такой степени тяготела тогда надо всеми жившими в тех землях племенами, что лишь немногие решались жить в своих деревушках, а больше всех боялись лэтты. Эти, покидая свои дома, постоянно скрывались в тёмных лесных трущобах, да и так не могли спастись, потому что литовцы, устраивая засады по лесам, постоянно ловили их, одних убивали, других уводили в плен, а имущество всё отнимали.

Бежали и русские по лесам и деревням пред лицом даже немногих литовцев, как бегут зайцы пред охотником, и были ливы и лэтты кормом и пищей литовцев, подобно овцам без пастыря в пасти волчьей (Библия, Иезек., 34, 5 и 10).

Поэтому Бог избавил от пасти волчьей овец своих, уже крещёных ливов и лэттов, пославши пастыря, то есть епископа Альберта. Собрав войско со всех областей Ливонии и Лэттии, он вместе с рижанами, пилигримами и всем своим народом пошёл вверх по Двине к Кукенойсу, а так как Герцикэ всегда был ловушкой и как бы великим искусителем (Библия, 1 посл. к Тимоф., 3, 7 и далее...) для всех, живших по этой стороне Двины, крещёных и некрещёных, а король Герцикэ всегда был враждебен рижанам, воюя с ними и не желая заключить мир, епископ направил своё войско к его городу. Русские, издали увидев подходящее войско, бросились к воротам города навстречу, но когда тевтоны ударили на них с оружием в руках и некоторых убили, те не могли сопротивляться и бежали.

Взятие города

Преследуя их, тевтоны ворвались за ними в ворота, но из уважения к христианству убивали лишь немногих, больше брали в плен или позволяли спастись бегством; женщин и детей, взяв город, пощадили и многих взяли в плен. Король, переправившись в лодке через Двину, бежал со многими другими, но королева была захвачена и представлена епископу с её девушками, женщинами и всем имуществом. Тот день всё войско оставалось в городе, собрало по всем его углам большую добычу, захватило одежду, серебро и пурпур, много скота, а из церквей колокола, иконы (yconias), прочее убранство, деньги и много добра, и всё это увезли с собой, благословляя бога за то, что так внезапно он дал им победу над врагами и позволил без урона проникнуть в город. На следующий день, растащив всё, приготовились к возвращению, а город подожгли. Увидев пожар с другой стороны Двины, король был в великой тоске и восклицал со стонами, рыдая: "О Герцикэ, милый город! О наследие отцов моих! О нежданная гибель моего народа! Горе мне! Зачем я родился, чтобы видеть пожар моего города и уничтожение моего народа!" (От слов "Горе мне:" почти буквальное заимствование из плача отца Маккавеев. Ср. Библия, 1 кн. Маккав., 2, 7).

Князь Всеволод признаёт себя вассалом Риги

После этого епископ и всё войско, разделив между собой добычу, с королевой и всеми пленными возвратились в свою область, а королю было предложено прийти в Ригу, если только он ещё хочет заключить мир и получить пленных обратно. Явившись, тот просил простить его проступки, называл епископа отцом, а всех латинян братьями по христианству и умолял забыть прошлое зло, заключить с ним мир, вернуть ему жену и пленных; он говорил, что огнём и мечом тевтоны весьма жестоко наказали его. Епископ, как и все его люди, сжалившись над просящим королём, предложил ему условия мира в таких словах: "Если ты согласишься впредь избегать общения с язычниками, не будешь пытаться вместе с ними разрушать нашу церковь, не станешь вместе с литовцами разорять землю твоих русских христиан, если ты согласишься принести своё королевство в вечный дар церкви пресвятой Марии, так, чтобы вновь получить его уже из наших рук и вместе с нами наслаждаться постоянным миром и согласием, тогда только мы отдадим тебе королеву со всеми пленными и всегда будем верно оказывать тебе помощь".

Приняв эти условия мира, король обещал впредь всегда быть верным церкви святой Марии, избегать общения с язычниками и быть союзником христиан. Передав своё королевство той же церкви, он получил его вновь из рук епископа через торжественное вручение трёх знамён, признал епископа отцом и утверждал, что впредь будет открывать ему все злые замыслы русских и литовцев (Всеволоду были возвращены его наследственные земли, но не все его владения, кое-что осталось в руках немцев. Совершена передача после 4 октября, так как в акте упоминается император Оттон IV, а он был коронован 4 октября 1209 г. Даём перевод акта об инвеституре [церемония передачи вассалу феода]:

"Во имя святой и нераздельной Троицы. Аминь.

Альберт, милостью божьей епископ рижский, смиренный слуга народов в вере.

Чтобы со временем не постигло забвение того, о чём необходимо сохранить память навеки, предусмотренное тщание современников знает целительное средство в письменном свидетельстве. Поэтому, предавая ведению потомства деяния нашего времени, сообщаю всем, как будущим, так и нынешним верным во Христе, что щедрое милосердие божье, взращивая пока ещё юное насаждение ливонской церкви, а вместе с тем расширяя его, побудило Всеволода, короля Герцика, подчиниться нам.

Прибыв в Ригу, он, в присутствии множества знатных людей, клириков, рыцарей, купцов, тевтонов, русских и ливов, передал принадлежащий ему наследственно город Герцику, вместе с землёй и всеми имениями [bonis], к тому городу относящимися, церкви святой матери божьей и девы Марии, в качестве законного дара, а тех своих данников, что приняли веру от нас, вместе с данью и землями их, отказал нам безусловно [liberos], а именно город Аутину, Цессовэ и прочие обращённые к вере; затем, принеся нам присягу на верность как вассал [hominio et fidei sacramento], он из рук наших торжественно, вместе с тремя знамёнами [знак тройного лена], принял в бенефиций вышеуказанный город с землями и относящимися к нему имениями.

Свидетели сего: Иоанн, настоятель рижской церкви, со своими канониками; граф Лудольф де Гальремунт, граф Теодорик де Верэ, граф Генрик де Сладэ, Вальтер де Амеслевэ, Теодерик де Аденойе; рыцари Христовы: Волквин со своими братьями, Родольф де Иерихо, Альберт де Альденвлет, Генрих де Бландебокк, Гильдеберт де Вемундэ, Ламберт де Луненборх, Теодерик де Вольфем, Герлак де Долэн, Конрад де Икесколэ, Филипп, судья рижский со своими горожанами, и множество других.

Совершено это в год от воплощения господня 1209, на погосте св. Петра в Риге, во время пребывания на апостольском престоле папы Иннокентия третьего, в царствование славнейшего императора Оттона, а епископства нашего в одиннадцатый год").


Королева со всеми пленными была ему возвращена, он радостно вернулся в свою землю, созвал разбежавшихся людей и стал вновь отстраивать свой замок. Тем не менее, впоследствии он продолжал участвовать в замыслах литовцев, забыв об обещанной верности, и не раз подстрекал язычников против тевтонов, бывших в Кукенойсе.

Поход рижан в Эстонию

После этого, по истечении срока перемирия, заключённого с жителями Унгавнии (Ср. выше XII.6.), Бертольд, магистр рыцарства в Вендене, призвав Руссина с его лэттами, а также и других лэттов из Аутинэ, вместе со своими вендами, пошёл в Унгавнию. По деревням там они везде нашли людей, не успевших убежать в замок, и очень многих во всех селениях, куда могли добраться, перебили, других же увели в плен; захватили большую добычу, увели с собой женщин и девиц, деревни оставили пустыми и после большой резни и пожара возвратились домой.

Услышав об этом, торейдские ливы, всё ещё вместе с эстами тайно питавшие коварные замыслы, вознегодовали на то, что Бертольд из Вендена с лэттами снова начал войну против эстов, и стали внушать епископу, чтобы он отправил в Унгавнию посольство о мире. Епископ послал в Оденпэ священника Алебранда с поручением возобновить мир и потребовать возвращения купеческого добра. Когда эсты по всей Унгавнии узнали о прибытии епископских послов, они собрались для решения, и Алебранд, отверзши уста свои, стал учить их вере Христовой, но эсты, слыша это, бросились на проповедника с копьями и мечами, чтобы убить его. Тут некоторые из старейшин в защиту его сказали: "Если мы убьём этого епископского посла, то кто же впредь будет нам верить, кто пришлёт посла?" Не желая однако слушать проповедь спасения, они отправили Алебранда обратно к епископу, а вместе с ним послали людей для заключения мира. И заключён был ими мир с ливами и лэттами епископа, жившими по одну сторону Койвы. Бертольд же венденский и Руссин со своими лэттами не приняли мира и приготовились к битве.

Двенадцатый год епископства Альберта

Шёл двенадцатый год епископства, и церковь жила в тишине, но лишь немного дней. Ибо, когда епископ с пилигримами уехал в Тевтонию, а в Ливонии остались его люди с некоторыми пилигримами, внезапно враги рода христианского, куры, с восемью пиратскими судами появились на морском побережье у Зунда (Ирбенский пролив).

Нападение куршей

Увидев их, пилигримы сошли с больших грузовых кораблей (de coggonibus), сели в меньшие и поспешили к язычникам, но при этом ладьи неосмотрительно торопились, стараясь опередить друг друга и пораньше добраться до врагов. Куры же, разгрузив спереди свои разбойничьи суда, двинули их навстречу идущим и, соединив по два, между каждой парой оставили пустое пространство. Пилигримы, подойдя на двух первых лодьях, или малых кораблях, были вовлечены в этот промежуток между пиратскими судами и со своих маленьких судёнышек не могли достать до врагов, стоявших высоко вверху над ними. Поэтому одни из них были перебиты вражескими копьями, другие потонули, некоторые были ранены, а иные вернулись к своим большим кораблям и спаслись. Куры, собрав тела убитых, обнажили их, а одежду и прочую добычу разделили между собой. Впоследствии трупы были подобраны жителями Готландии и благоговейно похоронены. Всего там пало около тридцати человек рыцарей и других. Епископ несколько дней скорбел о своих, но он знал, что полезны преследования терпящим их, ибо блаженны, кто терпит преследования за правду (Библия, Матф. ев., 5, 10.), и как сосуды из глины испытуются печью, так мужи правды — испытанием страдания (Библия, Иис. Сир., 27, 5.).

Осада Оденпэ русскими

В то же время великий король Новгорода (Nogardie), а также король Пскова (Plicecowe) со всеми своими русскими пришли большим войском в Унгавнию, осадили замок Оденпэ и бились там восемь дней (Вел. кн. Мстислав Мстиславич и его брат Владимир — князь псковский. Это — первый, из упоминаемых Генрихом русских походов в Эстонию. За недостатком источников, очень трудно точно судить о взаимоотношениях русских с эстами в начале XIII в. Ещё в скандинавских сагах встречается известие, что один из норманнских выходцев, находившийся в дружине кн. Владимира Сигурд Эйриксон, около 977 г. послан был в Эстонию собирать дань. Летописи упоминают об эстах-данниках, или об эстах-союзниках Руси, уже под очень ранними датами. Об участии чуди в походах Олега (882 и 907) и Владимира (980) говорит Лавр. летопись. Первая попытка закрепления в стране сделана уже Ярославом Мудрым, выстроившим в 1030 г. город Юрьев (ныне Тарту). В дальнейшем, за вторую половину XI в. и за XII в., можно привести немалый список военных походов Руси в чудскую землю, длинный перечень перемежающихся успехов и неудач. Трудно решить, что это: длительное, но незавершённое завоевание, периодическое приведение к покорности непокорной (но всё же подвластной) страны, или просто — целая серия походов для добычи, для мести, для того, наконец, чтобы обезопасить свои окраины от нападений. События, рассказываемые Генрихом, в известной мере подтверждают, что русские князья считали некоторые части Эстонии своими). Так как в замке не хватало воды и съестных припасов, осаждённые просили мира у русских. Те согласились на мир, крестили некоторых из них своим крещением, получили четыреста марок ногат (От эст. "шкура". Шкурки куньи и беличьи употреблялись как деньги. В Ливонии в 1362 г. ногата стоила 6-7 шиллингов, а позднее называлась "двухшиллинговая ногата"), отступили оттуда и возвратились в свою землю, обещавши послать к ним своих священников для совершения возрождающего к новой жизни таинства крещения; этого, однако, они впоследствии не сделали, ибо жители Унгавнии позднее приняли священников от рижан, были ими крещены и причислены к рижской церкви.

Фризы наносят поражение куршам

Несколько лет спустя фризы с пилигримами пришли на вышеупомянутый остров Готландию и застали там куров с большой добычей. Внезапно окружив их, начали битву и почти всех перебили, захватили четыре разбойничьих корабля со всей добычей и увели с собой в Ригу; отняли у них также и повезли в Ригу бесчисленное множество овец, награбленных курами в христианских землях. И была великая радость из-за возмездия, понесённого курами.

Епископ в шестой раз в Германии

Епископ же, хотя и очень был опечален непрекращающимися тягостями и смертью своих, но вновь прибегая к Господу и поручив ему своё путешествие и своё дело, возвратился в Тевтонию, жаловался там добрым и богобоязненным людям на убыль своих, ища везде по городам и замкам, кварталам и улицам тех, кто стеной стал бы в защиту дома господня, кто, возложив на себя знак креста, переплыл бы море и отправился в Ливонию на утешение немногим там оставшимся. И нашлись такие — Изо, епископ верденский, Филипп, епископ рацебургский, а также епископ падерборгский (Бернгард): они со всеми своими рыцарями и многими другими приготовились к этому путешествию на следующий год.

Заговор против немцев

По отъезде епископа и после стычки куров с пилигримами, когда все окрестные языческие племена услышали, что некоторое количество пилигримов убито курами, они стали пересылаться гонцами: сначала ливы послали к курам, куры — к эстам, а также к литовцам, семигаллам и русским, и все искали способа, как разрушить Ригу, а тевтонов захватить хитростью и всех убить. Литовцы, думая, что в Кукенойсе осталось немного народу, пришли к замку с большим войском и, найдя там Родольфа из Иерихо с прочими людьми епископа, храбро напали на них. Против них вышли из замка слуги епископа и лэтты и многих перебили копьями, а балистарии некоторых ранили, стреляя с вала. Не выдержав этого натиска, литовцы отступили.

(Продолжение следует)

Перевод С.А. Аннинского
Академия Наук СССР, 1938 г.

1x10.gif (44 bytes)
О нас
Проект "Klio" существует с осени 1993 года, когда 27 сентября на латвийском телеканале KS-video вышел в эфир первый выпуск нашей программы...

Подробнее


Адрес редакции:
Латвия, LV-1010, г. Рига, а/к № 781

Е-mail: kum@inbox.lv

Моб. тел.: 9607043

Ранние выпуски журнала "Klio" можно приобрести по адресу:
г. Рига, ул. Сколас, 30 (Стабу, 4), магазин Avico, тел. 7-271540!

Предлагаем вашему вниманию цикл историко-образовательных экскурсий по Риге...

Подробнее